География инноваций: в НИУ ВШЭ обсудили пространственные модели технологического лидерства

Инновационное лидерство сосредоточено в небольшом числе стран и городов, но единой модели технологического развития не существует. Почему мегаполисы привлекают инновации, как страны могут сократить технологическое отставание и какую роль в развитии территорий играют научно-технологические парки, обсуждали эксперты из России, Южной Кореи и Бразилии на сессии «Инновации в глобальных городах», которая прошла 14 октября в рамках XVI Международной конференции «Форсайт и научно-техническая и инновационная политика».

© Freepik

В дискуссии приняли участие эксперт Центра «Российская кластерная обсерватория» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Евгений Вдовкин, старший научный сотрудник Лаборатории экономики инноваций ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, профессор университета Чунан и Сеульского государственного университета Кеун Ли, директор Центра научно-технической, инновационной и информационной политики ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Михаил Гершман и Родриго Давила Боллигер из Университета Кампинаса (Бразилия). Модератором сессии выступил заместитель директора Центра «Российская кластерная обсерватория» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Кирилл Тюрчев. 

Евгений Вдовкин представил доклад «Вклад мегаполисов в глобальное научно-технологическое развитие» по результатам исследования, проведенного в рамках проекта «Новые модели пространственного развития. Международный опыт и актуальная ситуация в России».

Исследование показывает, что инновационное неравенство выражено значительно сильнее, чем экономическое. Более половины мировых лидеров инноваций сосредоточены в десяти странах, четверть лидеров — всего в четырех городах: Сан-Франциско, Токио, Пекине и Бостоне. На Сан-Франциско приходится также четверть всех компаний-единорогов.

«Инновационное лидерство распределено гораздо менее равномерно, чем экономическая активность. При этом успешная инновационная система не обязательно сосредотачивается в столице: опыт разных стран показывает, что и полицентричная модель может обеспечивать технологическое развитие», — отмечает докладчик.

Так, в Республике Корея и Японии инновационная активность концентрируется в главных городах, Сеуле и Токио. В Германии распределение более равномерное: половина технологических лидеров приходится на семь крупнейших агломераций. Россия и Великобритания демонстрируют схожие модели развития: в Москве и Лондоне сосредоточено около 40% национальных лидеров инноваций, однако большую роль играют и другие центры. Интересно, что в России ученые выделяют инновационную роль городов с населением до 1,5 млн человек, среди которых Екатеринбург, Казань, Нижний Новгород — как правило, это города, в которых есть сильные исследовательские институты и научные центры. 

«Большие города — центры притяжения как научного, так и бизнес-сообщества. Именно они становятся сегодня лидерами научно-технологического развития, подчас превосходя целые страны по количеству инновационных компаний и разработок. Есть страны, которые пошли по пути централизованной модели развития, есть полицентричные кластеры, к которым в том числе относится Россия. Нельзя сказать, какой путь лучше, все зависит от комплекса географических, экономических, административных и социокультурных факторов», — считает Евгений Вдовкин.

Профессор Кеун Ли представил сравнительное исследование 33 регионов мира, посвященное региональным инновационным системам и догоняющему развитию в области технологий. На примере Шэньчжэня, Тайбэя и Пенанга он показал, как регионы, начавшие инновационное развитие позже других, смогли добиться значительных результатов, в том числе благодаря иностранным инвестициям в ИТ-сектор.

Однако привлечь технологии недостаточно. Для устойчивого роста необходимо развивать собственные компании, локализовать исследования и увеличивать долю инноваций, принадлежащих местным участникам экономики. 

«Успешное догоняющее развитие начинается с освоения внешних технологий, но не должно на этом заканчиваться. Ключевой переход — от использования зарубежных знаний к созданию собственных разработок, развитию местных компаний и укреплению региональных инновационных систем», — говорит Кеун Ли.

На основе кластерного анализа исследователь выделил четыре типа региональных инновационных систем: зрелые с высокой долей национальных разработчиков; смешанные, сочетающие развитую технологическую специализацию с низкой долей местной собственности; сильные догоняющие системы с высокой долей местной собственности; и слабые догоняющие системы, сохраняющие зависимость от внешних источников знаний.

Сопоставление последних двух групп особенно важно: даже регионы, специализирующиеся на сходных технологических направлениях, могут демонстрировать разные результаты экономического развития. Одним из ключевых факторов становится способность формировать собственные предприятия и локализовать исследовательский процесс.

Михаил Гершман представил зарубежные практики государственной поддержки науки и инноваций и рассмотрел возможности их применения в России. Исследование также было выполнено в рамках проекта «Новые модели пространственного развития. Международный опыт и актуальная ситуация в России».

Согласно представленным данным, научно-технологические ресурсы в стране распределены неравномерно: в четырех регионах сосредоточены 62% исследователей. Неравенство возможностей усиливается недостаточной межрегиональной кооперацией и концентрацией поддержки на сильных участниках.

В качестве ориентиров для российской политики эксперт выделил четыре подхода, успешно реализованных в других странах: создание новых научно-технологических центров, раскрытие потенциала отстающих регионов, расширение полномочий региональных властей и развитие межрегионального сотрудничества.

Среди практических предложений — отдельные механизмы поддержки для регионов с разным потенциалом, создание офисов научно-технологического развития при региональных органах власти, расширение полномочий региональных институтов развития в части поддержки науки и инноваций, межрегиональные консорциумы для крупных проектов и конкурсы муниципальных инновационных инициатив.

«Региональная научно-технологическая политика не может быть одинаковой для всех. Важно одновременно поддерживать сильные центры, создавать условия для появления новых лидеров и вовлекать территории с ограниченным потенциалом в совместные проекты», — отметил Михаил Гершман.

Родриго Давила Боллигер из Университета Кампинаса представил исследование влияния технологических парков и экосистем на эффективность компаний-резидентов. Авторы проанализировали более 500 компаний в 54 научно-технологических парках Бразилии. 

Результаты показывают, что на развитие компаний влияют, прежде всего, зрелость парка и накопленные им возможности, а не только географическое положение. 

«Эффективность научно-технологического парка определяется не только его расположением. Важны накопленный опыт, связи с университетами и зрелость окружающей экосистемы: именно взаимодействие этих элементов помогает компаниям развиваться. Сначала парк способствует развитию благоприятной экосистемы, которая со временем начинает обеспечивать его новыми кадрами, предпринимателями и стартапами. Затем система сама получает новый импульс для роста», — считает Родриго Боллигер.

Обсуждение показало, что инновационное развитие нельзя свести к выбору между централизацией и децентрализацией, созданием новых инновационных кластеров и развитием существующих центров. Важно найти баланс между поддержкой ведущих центров, раскрытием потенциала регионов и развитием кооперации между ними. Именно сочетание локальных возможностей и глобальной связанности создаёт условия для устойчивого научно-технологического роста.

Представленные на сессии результаты продолжают исследовательскую линию Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, который с 2020 года регулярно публикует Рейтинги инновационной привлекательности мировых городов.